Депрессия в период ремиссии: как распознать и как справиться с депрессивным расстройством

25.06.2021
В период ремиссии, когда лечение осталось позади, пациенты с онкологическим диагнозом, равно как и их близкие, могут столкнуться с депрессией. О том, почему депрессивное состояние возникает в момент, когда болезнь отступила, и как помочь близкому человеку справиться с ней, Profilaktika Media рассказала клинический психолог Светлана Малышева.
2041

СИМПТОМЫ И ПРИЧИНЫ ДЕПРЕССИИ

Какие симптомы являются тревожными сигналами и признаками депрессии у пациентов в ремиссии?

Депрессия - самое распространенное расстройство в современном мире, оно имеет очень много нюансов и отличается многоликостью. Однако признаки депрессии универсальны и не относятся непосредственно к онкологическому диагнозу. Обычно мы оцениваем эмоциональное состояние человека по двум важным критериям: первый - длительность симптомов и второй - насколько они сильны. Это очень важно - как долго, и как сильно. Мы можем говорить о симптомах депрессии, если у человека больше двух недель сохраняется сниженный фон настроения (вне зависимости от времени суток или от происходящих событий), когда снижается или усиливается аппетит, изменяется режим сна, когда человек вдруг теряет интерес к делам, которые раньше приносили ему удовольствие. Мы можем наблюдать также психическую заторможенность, когда человек не в состоянии ни на чем сконцентрироваться, сложно запоминает информацию, плохо строит фразы, у него проявляется моторная заторможенность или, наоборот, гипервозбудимость. Такие пациенты часто чувствуют себя ничтожеством, нивелируют значимость себя и своего прошлого опыта, ощущают бесперспективность будущего и бессилие что-либо с этим сделать. Ещё один очень важный момент - высказывание суицидальных мыслей - также может означать, что человек столкнулся с депрессивным расстройством. 

Каковы основные причины возникновения депрессии у пациентов в ремиссии? 

Есть несколько вариантов. Первый - у человека была депрессия до болезни. Если до столкновения с онкодиагнозом у человека был депрессивный эпизод, то такое психотравмирующее событие, как постановка онкологического диагноза - кризисный этап в жизни, в разы увеличивает вероятность возникновения депрессии. Еще один вариант - посттравматическое стрессовое расстройство: человек закончил лечение, но у него не получается вернуться к обычной жизни. Это не проработанная реакция стресса в моменте, когда переживания приходят с отсрочкой по времени - даже после окончания лечения человек за километр объезжает онкоцентр, ему снятся сны, ему кажется, что пахнет то химией, то какими-то препаратами, и человека начинает буквально трясти. Всё это тоже может приводить к депрессивной симптоматике.  

Почему человек в ремиссии впадает в депрессию? Наиболее часто сначала это манифестация тревожных расстройств: практически все пациенты, закончившие лечение, живут со страхом рецидива. Постоянная тревога за будущее, страх неопределённости, ощущение невозможности контролировать свою жизнь, фиксация на любых симптомах выматывают, забирают силы и энергию, и в итоге переходят в сниженный фон настроения, что влияет и на соматику. У таких пациентов может фактически болеть  голова, спина, шея. Человек думает, что это болезнь, и надо срочно что-то делать, он не может расслабиться. Однако оказывается, что это маскированная депрессия, и на самом деле органических причин для подтверждения того, что болезнь вернулась, просто нет. 

Кроме того, закончив лечение, человек сталкивается с «синдромом Гулливера»: он прожил серьезный кризис, но близкие могут быть очень далеко от него в эмоциональном плане. «Как они могут меня понять, они не были у смерти на краю?!», - думает человек. И все прошлые ценности, существовавшие до болезни, кажутся ему неактуальными. А что актуально, человек уже не знает, и это тоже провоцирует апатию. Вроде бы, человек пролечился, но качество жизни снижается, и он не может собраться. 

Важно помнить, что депрессия - это болезнь, которую нужно лечить. Есть всего 2-3% эндогенных депрессий, обусловленных «поломкой» внутри организма. Все остальные депрессии - это результат стрессового воздействия. 

Чем опасна депрессия в период ремиссии?

Самый главный риск - суицидальный. От 40 до 60% попыток суицида в мире совершают люди с диагностированной депрессией. У человека с депрессией риск покончить жизнь самоубийством в 35 раз выше, чем у любого другого. Каждый 6-й человек с депрессией в мире заканчивает жизнь самоубийством. Это очень высокие риски!

Светлана Малышева

Клинический психолог Светлана Малышева

ПУТИ ВЫХОДА ИЗ СИТУАЦИИ

Где человеку в депрессии искать источники положительных эмоций? Существуют ли конкретные методики, советы, рекомендации?

Я очень часто слышу даже от здоровых людей фразу - «Что-то я в депрессии!». К сожалению, в нашем обществе укоренилась идея о том, что мы не должны испытывать неприятных эмоций, не должны грустить, страдать, переживать, тревожиться и не должны бояться. Радуйся и думай позитивно! К сожалению, это очень невротизирует. Все время испытывать положительные эмоции - ненормально! Это другой диагноз! Человеку, прошедшему через онкологический диагноз, действительно страшно, и мы не можем обесценивать такие эмоции. Однако нетолерантность общества к сложным эмоциям создаёт атмосферу, в которой «ты должен быть бодрячком». Зачастую это происходит не потому, что близкие нетерпеливы к состоянию человека, - им также страшно, они не умеют с этим справляться и не оставляют человеку, прошедшему через диагноз, пространства для реагирования. Однако иногда люди торопятся определить у себя депрессию, поскольку существует некое требование к себе и обществу - думать позитивно, испытывать исключительно фоновую радость. Это исковерканное понимание реальности. Стоит тренировать толерантность к разным эмоциям в своей жизни, признавая - «Я могу бояться, тревожиться, грустить, я не должен все время быть радостным, потому что это странно». Тогда и в случае ненормативного снижения настроения у человека будет более чёткое понимание, что что-то не в порядке, что ему не хватает сил - ни физических, ни моральных, его ничто не радует, и ему необходимо  обратиться за помощью, признав, что депрессия - это болезнь! Не слабость, не «непрокаченность», не отсутствие личностного роста, как любят говорить коучи. Депрессия - это про болезнь!

Как следует вести себя родственникам и друзьям? Как помочь человеку, находящемуся в ремиссии, справиться с депрессией? 

Диагноз приходит в семью, которая уже как-то жила до этого, и какие-то семейные отношения уже есть. Здорово, если они близкие - тогда родственнику пациента будет проще найти слова, и близкий человек скорее их услышит. 

Часто родственники, конечно, не замечают, что происходящее с их близким  - патология, и могут объяснять это усталостью, изменением характера из-за лечения, а также могут уставать сами. Поэтому очень важна реабилитация семьи, где есть онкопациент, даже если он закончил лечение и идет на восстановление. Необходима плановая реабилитация, потому что не только сам человек, но и вся семья прошла этот диагноз. При этом близкие люди могут быть просто не готовы говорить об этих вещах, но это не значит, что они не могут помочь. Мы можем слушать и давать пространство человеку для отреагирования, когда мы не пытаемся его тормозить словами «держись, борись, все пройдет, живи, посмотри на других!». На самом деле, даже если вы просто слушаете, вы уже помогаете, и это в сто раз лучше, чем сказанные от внутреннего страха слова «борись, соберись, иди вперед». По моему опыту - люди не любят, когда им говорят «держись!». Правильнее сказать: «Я есть, я здесь, я буду рядом. Могу просто сидеть и молчать». Иногда это очень ценят, когда человек может просто быть рядом. Это уже очень много! Когда он не обесценивает эмоции близкого, а просто разделяет их. 

Как действовать, если сам человек не осознает проблему и считает, что всего-навсего пребывает в плохом настроении?

Для меня всегда очень значимо, когда близкие люди небезразличны, но мы не всегда можем догнать и помочь - человек должен хотеть этого сам. Человек может страдать, испытывать определенные трудные эмоции, но это не значит, что он готов с этим страданием что-то сделать. Иногда страхи родственников проявляются в неких ожиданиях, как должен себя вести их близкий: «Я за тебя так переживаю, вдруг с тобой что-то не в порядке, или я что-то не доделываю и чувствую себя плохой, и тогда мне кажется, что ты должен жить как-то по-другому, чтобы я была спокойна». Это означает, что человек небезразличен и заботится о своих близких, но это наши ожидания. Если родственник чувствует, что с его близким в ремиссии или на этапе прохождения лечения что-то не в порядке, обратиться за помощью к клиническому психологу стоит, прежде всего, самому родственнику, а не пациенту! Это может быть свидетельством того, что родственник не справляется, и это нормально, потому что позаботиться о себе он сейчас не может. «Как я могу позаботиться о себе, когда у меня близкий болеет?! Я что, эгоист?», - думает человек. Даже когда родственники просят поработать с их близким, мы всегда начинаем с родственника. И потом получается, что и диалог выстраивается между родственниками, и сразу процесс проходит для семьи, в целом, гораздо эффективнее. 

Помогающему тоже нужна помощь, потому что психологические защиты защищают самого болеющего: это его самолет потерял управление, а мы, родственники, наблюдаем за этим самолетом. Наша психологическая защита так не работает, и мы в большей степени подвержены вторичной травматизации. Для близких пациента это точно такая же психотравма, как и для человека с онкодиагнозом. Это семейная проблема, это ситуация из разряда кризисных и экстремальных (как попасть в наводнение ) с угрозой для жизни, с неопределенностью, на пределе человеческих возможностей. 


ГДЕ ИСКАТЬ ПОМОЩЬ

Как найти специалиста, работающего с подобными пациентами? Как понять, что это твой специалист, и как сформулировать запрос?

Прежде всего, это должен быть дипломированный специалист. Не стоит бояться спрашивать, есть ли у него базовое психологическое образование, какую подготовку он прошёл, понимает ли, как устроен мозг, в каком подходе, с какими проблемами умеет работать. Это важно! Если вы чувствуете, что у вашего близкого или у вас есть подозрение на депрессивное расстройство, вам нужен специалист, который имеет базовое психологическое образование. Лучше всего, если это будет врач-психотерапевт, который имеет подготовку по работе с депрессивными эпизодами. Можно запросить квалификацию,  документы. Приходя к специалисту, человек сам понимает, что ему не нравится, и он начинает говорить, как есть, - никакой дополнительной подготовки здесь не нужно. А уже сформировать конкретный запрос, с которым нужно работать, и выяснить критерии - это задача специалиста. Например, если это головные боли напряжения, значит, мы будем работать с тревогой, будем ее шкалировать, договоримся, что наша мишень - тревога. Как мы поймем, что это работает? Будет множество критериев, и человек заметит изменения и в ощущениях, и в реальной жизни. Неважно, в какой парадигме работает специалист. Самое главное - это психотерапевтический контакт, когда вы можете прямо на терапии сказать все, что вас беспокоит, даже если что-то из этого направлено в адрес самого специалиста. Говорите обо всем, даже если это слова «мне кажется, что терапия не работает» или «Вы на меня давите». Это очень важная информация для психотерапевта!

В каких случаях при депрессии необходимо подключать и медикаментозную терапию?

При легкой и средней степени депрессии мы можем справляться психотерапевтическими методами. При тяжелом течении депрессивного расстройства, при суицидальном риске, конечно, стоит подключать лекарственную терапию. Очень важно обращаться к грамотным специалистам! При депрессии активность человека снижена, он думает о бессмысленности жизни, занимается самобичеванием, самообвинением, а назначаемые при депрессивных расстройствах препараты создают физическое ощущение, что силы и энергия вернулись. Энергия появляется, а в эмоциональном плане человек по-прежнему крайне уязвим, и самый большой процент суицидов происходит именно в этот момент. Здесь нужна очень точная работа психиатра, психотерапевта. Когнтивно-поведенческая терапия показала лучшие в мировой практике результаты работы с депрессией - не хуже, чем медикаментозная. Однако я часто отправляю пациентов на консультацию с психотерапевтом или психиатром. И либо психотерапевт ведет пациента сам, либо он составляет свое заключение, назначает препараты, и мы с пациентом продолжаем работать психотерапевтическими методами. То есть подключаем и фармакологическую поддержку, и психотерапию, и получаем наилучший результат.


Подготовила Анна Михайлова



Большинство статей на Profilaktika Media - это экспертные материалы о доказательной медицине и онкологии. Каждый из них полезен и важен множеству людей и может пригодиться вам или вашим близким. Поддержите нас и работу Profilaktika Media - пожалуйста, оформите регулярное или разовое пожертвование.

Светлана Малышева
Светлана Малышева
Клинический психолог
Поделиться с друзьями

Комментарии

Будьте первым, кто оставит комментарий к этой записи

Оставить комментарий

Другие статьи по теме
Новые материалы