Как я стала онкологом. История Анастасии Гриценко

358

Меня зовут Анастасия Гриценко. Я родилась в Архангельской области, город Вельск. Поступала и училась в Северном государственном медицинском университете в городе Архангельск (лечебное дело), там же проходила интернатуру по хирургии.

В школе нравилась биология — было бы странно изучать разные науки, не зная при этом, как работает собственное тело. Особенно мне нравились те моменты школьного курса биологии, которые приближались к деталям физиологии — знания устройства и функционирования организмов я всегда считала самыми базовыми вещами. Вот пошел человек, скажем, дрова колоть, а какие процессы при этом происходят в мышцах — его не интересует, он об этом даже и не задумается. А мне вот очень интересовало, всегда хотелось иметь как можно больше таких «тайных» знаний. 

Совсем не нравилась литература, это не значит, что я не любила читать. Я просто не переваривала все эти сочинения о «главной мысли главного героя», где свои мысли излагать было нельзя. И, будучи маленьким скептиком, совершенно не понимала, как это может пригодится в жизни. Врачом хотела быть всегда, сколько себя помню. 


Почему ты захотела стать врачом?

Врачом хотела стать, потому что в нашей семье с моего раннего детства всегда было очень уважительное отношение к нашему участковому педиатру. Мы с братом болели всеми существующими детскими болячками, поэтому встречи с доктором не были редкостью. Если в дом должен был прийти врач, то мы с братом прибирали игрушки и заправляли кровати, надевали самые лучшие пижамы, а мама мыла полы и готовила чистые полотенца для врача. Это был целый ритуал уважения к детскому доктору.

Вероятно, сыграл роль непродолжительный эпизод работы моего отца водителем скорой помощи. Списанное медицинское оборудование стало оборудованием для игр.

Почему именно онкология? Я все ещё не знаю. Многие предметы нравились за время учебы в университете, особенно я любила гистологию и патанатомию, мир под микроскопом временами казался интересней мира окружающего. Хирургические специальности я никогда не рассматривала всерьез, вероятно потому, что в семье нет врачей, и в моем сознании надежно закрепился литературный/кинематографический образ мужчины-хирурга, с которым я себя никогда не ассоциировала. 

На старших курсах что-то пошло не так — я оказалась в торакальной операционной и влюбилась. Естественно, я, как и любой другой студент, много раз ходила на разные операции на животе, и всегда испытывала только непонимание происходящего и напряжение. Но однажды в торакальной операционной все прекрасное совпало в одном месте, в одно время. И удивительной красоты анатомия, и слаженная работа бригады. Есть особенно приятный момент в работе хирургического онколога: ты точно увидишь результат сразу. 

Его не надо ждать неделями и месяцами: вот опухоль была в легком — а вот она уже лежит в тазу.

Кроме быстрого результата, глаз всегда радует эстетический компонент: вот есть опухоль, она жутко портит анатомию легкого — а вот ее уже нет, и в грудной полости все снова красиво, почти как в анатомическом атласе.


Были ли люди, которые отговаривали тебя от этой профессии? Какие причины они называли?

Нет, родители сразу после окончания школы дали мне знать, что вся дальнейшая жизнь будет идти так, как я этого захочу. Врачей в моей семье нет, поэтому было бы глупо оговаривать от того, в чем не разбираешься. Я очень благодарна родителям за доверие и свободу выбора.


Что тебя волнует в российской системе здравоохранения, что в ней есть хорошего, а что плохого, в какую сторону она должна измениться? 

Я не так давно ушла из государственной медицины, потому что в ней плохо всё. Пару лет назад у меня были амбиции и четкий план «что и как поменять в медицине, чтоб всем было хорошо». Тогда я даже в свободное от учебы время копалась в вопросах организации здравоохранения и даже хотела писать диссертацию про поднятие медицины с колен. А сейчас эти идеи мне кажутся глупыми и никому не нужными.

Два главных минуса государственной медицины — это порочная система ОМС (о ней и без меня все уже сказано) и постоянная бессмысленная отчетность, качество которой столь плохое, что эти данные все равно нельзя использовать «во благо народу», как я мечтала. Бумаги ради бумаг, и не более.

Из хороших сторон медицины — как и во всех других сферах, ситуацию спасают люди. Сколько бы не было неадекватных приказов и безумных начальников, всегда найдется хороший коллега, который сводит негатив на нет. Российская медицина держится на энтузиазме новичков и на безвыходности ипотечных рабов. Не будет этих двух составляющих — уйдут все.  


Что тебя волнует в российской системе медицинского образования (плюсы и минусы, про и контра)?

Волнует новое законодательство относительно последипломного образования — я то уже это все прошла (тьфу-тьфу). Глядя на своих друзей, оказавшихся под прессом 212-го приказа, я представляю картину тотального бегства выпускников. В нашем образовании, как и вообще в жизни, нет никаких гарантий стабильности — все может рухнуть в любой момент, поэтому студентам сложно строить планы. 

Качество университетского образования мне сложно оценить, так как если предмет интересен — все равно выучишь все. А если отношение к учебе наплевательское, то с этим ничего не сможет сделать даже талантливый преподаватель.


Как ты узнала о Высшей школе онкологии и почему выбрала именно ее?

Мне отправили ссылку на объявление о конкурсе через соцсети. Тогда это еще не была никакая ВШО, был просто конкурс, который откровенно не вызывал доверия. Этот конкурс не поддавался гуглу, про него не было ни отзывов, ни какой-либо другой информации. Да-да, весь наш набор (первый) был уверен, что все давно уже решено, и что мы нужны лишь для массовки. Помню, было заявлено всего два места в ординатуре для двух победителей. 

Вообще, жизненный план на момент конкурса у меня уже был, а поехала на очный этап я чисто из любопытства, не надеясь на победу. Нас заселили в хостел, где мы готовились к экзамену. После знакомства мы моментально сдружились (на фоне того, что никто не верил в победу и собирался испепелять конкурентов), и было даже как-то неловко потом соревноваться между собой. Видели бы вы наши лица, когда после экзамена мы ждали результата больше двух часов, а при оглашении списка услышали, что зачислены все. И каждый точно знал, что никто за него не замолвил словцо перед приемной комиссией.


Что для тебя важно в общении с менторами и пациентами (по отдельности)?

О, это взаимосвязанные вопросы. В общении с ментором меньше всего хочется испытать снисходительное отношение к себе. Хочется иметь возможность открытого диалога, когда можно без страха показаться глупой, задать любой вопрос. Именно то же самое надо обеспечить пациенту в ходе беседы. Еще в общении с пациентом важен фактор времени, так как разговоры на бегу это не просто моветон. От общения будет зависеть все, и что особенно важно врачу — комплаенс (это сотрудничество, взаимное доверие, понимание того, что работать мы можем только в связке друг с другом). Для качественной беседы нужно время и место.


Что тебя вдохновляет приходить на работу каждый день, без чего ты не можешь жить, благодаря чему можешь работать и учиться?

Вдохновляют пациенты, это я поняла с первой своей смены в качестве медсестры еще в студенчестве. Пациент — единственный фактор, который вдохновляет врача даже в самом «неблагоприятном» месте работы. Еще меня очень радовали операции, именно с технической, эстетической стороны, — я уже говорила, что влюбилась в торакальную хирургию. Это особенный кайф, быть частью процесса в операционной. Я очень скучаю по этому чувству сейчас.


К чему ты стремишься, какие цели себе ставишь?

Во время учебы я стремилась успеть все — увидеть все операции, сходить на все конференции. В первом периоде работы стремилась прорваться к организации медицины на самом малом уровне, на уровне врача стационара, чтоб создать себе и пациентам комфортные условия. Вот во втором периоде работы единственное, к чему я стремилась — сменить место работы. А с местами работы все не так просто, пришлось уйти из хирургии. Сейчас я занимаюсь тем, к чему, честно говоря, душа не лежит, поэтому стремлений нет, я просто выполняю работу. С одной стороны, в хаос государственной медицины возвращаться не очень хочется, с другой стороны, новую, исключительно “бумажную” работу, полюбить пока не получается. Краем глаза я снова рассматриваю вариант поступления в аспирантуру (этим летом не получилось, и это отдельная история), но не уверена, что это будет по-настоящему полезное занятие.

Поделиться с друзьями
Другие статьи по теме
Новые материалы