Мода на гастрит

Мы поговорили с гастроэнтерологом, к.м.н. Алексеем Головенко про самые частые заболевания пищевода и желудка.
19797

Начнем с изжоги. Когда она перерастает в болезнь, с которой стоит обратиться к врачу?

Представим, что у человека раз в неделю после какой-то обильной или острой еды возникает изжога. Это неприятное жжение за грудиной не повод бежать к врачу, можно всего лишь выпить любое средство гасящее кислоту. Нужно понимать, что кислота из желудка, где она всегда присутствует, в пищевод за день попадает десятки раз. Ее выброс происходит после каждого приема пищи, но стенки пищевода защищает слизь и слюна. Сам рефлюкс — это не болезнь. Но когда это приводит к постоянному раздражению пищевода, мешает жить пациенту или в силу раздражения повышает риск рака — это становится поводом для лечения. Постоянное раздражение пищевода кислотой сначала может приводить к эрозиям, а в долгосрочной перспективе даже к метаплазии — замещению типичных клеток эпителия пищевода клетками кишечника.


А есть ли какие-то отличия между гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью (ГЭРБ), со схожими симптомами, и изжогой?

Диагноз ГЭРБ, как считают многие врачи, отчасти возник благодаря маркетингу. Был повод создать болезнь отличную от изжоги, чтобы фармацевты активно занимались изготовлением препаратов от нее, а пациенты тщательнее лечились. Но на деле здесь есть разумное зерно, потому что ГЭРБ, как заброс кислоты, может проявляться не только изжогой. Ко мне часто приходят на прием профессиональные лекторы или певцы, которые не могут работать из-за того, что у них постоянно возникает кашель. И это именно потому, что кислота, попадая в ротовую полость, затем появляется на голосовых связках и в гортани. ГЭРБ может породить проблемы с зубами из-за смены пресловутого кислотно-щелочного равновесия из рекламы. Это один из факторов риска развития отита, фарингита, ангины и других всевозможных проблем.

Головенко.JPG

Алексей Головенко. Фото из личного архива.

ГЭРБ — это все последствия того, что кислота слишком часто забрасывается в пищевод и почему-то плохо из него отходит в желудок. Это определяется тем, насколько хорошо сокращается нижний пищеводный сфинктер — кольцевой слой мышц, который должен смыкаться и не допускать постоянного попадания кислоты в пищевод. Его тонус может меняться от кофе, животных жиров, курения, действия гормонов, например, эстрадиола во время беременности. Это комплексная проблема, и вопрос в том, что мы можем с этим сделать. По большому счету, если не говорить про лекарства, доктор может предложить человеку приподнять головной конец кровати на 15-20 см и снизить массу тела, если он имеет ожирение. Все остальное —  банальные советы о строгой диете, отказе от курения и прочее, видимо, не работает, поскольку вклад этих рекомендаций в общую эффективность лечения мизерный. Если брать действующие рекомендации, то еще можно человека спросить, что на его взгляд вызывает симптомы. И если он скажет, что после корейского ресторана у него всегда изжога, то понятно, что это нужно исключить.


А как насчет советов не есть за 3 часа до сна?

Тут работает чистая механика, с полным желудком и при лежачем положении заброс кислоты будет происходить еще чаще. Но стоит заметить, что этот подход —  ложиться спать с пустым желудком — «работает» только у тех людей, которые сразу заявляют, что они просыпаются с изжогой с утра или среди ночи. Если у человека преобладает изжога днем, то это, скорее всего, не поможет. Но мы, конечно, советуем всем ложиться, как говорят, с сухим желудком. Это просто часть здорового питания.


Используется ли хирургическое лечение ГЭРБ?

Да, но нужно понимать, что это достаточно травматичная операция. Хирург укрепляет переход пищевода в желудок. Там идет горизонтальная мышца, которая отделяет грудную клетку от брюшной полости, а в ней находится отверстие под крупные сосуды, аорту и пищевод —  диафрагма. Вот если это место укрепить, то изжога будет реже возникать. На деле к оперативному лечению этого состояния прибегают только, если человек не может говорить из-за отрыжки или у него не проходят симптомы раздражения пищевода, а также сохраняются изменения в пищеводе и эрозии. Несмотря на то, что пациент пьет наиболее мощные препараты снижающие кислотность. Или если мы видим, что человеку начинает угрожать пищевод Барретта.


А в чем его опасность?

Как я уже говорил выше, постоянное раздражение пищевода кислотой сначала может приводить к эрозиям, а в долгосрочной перспективе — к метаплазии.

Пищевод Барретта — это и есть замещение типичных клеток эпителия пищевода клетками кишечника. Если мы его обнаружили, то должны регулярно делать гастроскопию. Риск у каждого пациента разный, но, как правило, ежегодно.

Нужно понимать, что мы далеко не всегда делаем исследования пищевода при первой же изжоге, даже из-за которой человек обратился к доктору. В тактике лечения это исследование ничем не поможет. Она будет одинаковая — препараты снижающие кислотность в желудке. Есть ли изменения в пищеводе вызванные кислотой или их нет — это не важно.

Если пищевод Барретта только под вопросом, то нужно смотреть на факторы риска. В них входят: возраст старше 50 лет, ожирение, изжога чаще, чем еженедельно или дольше, чем 5 лет и курение. Причем при курении риск не снижается со временем — сюда попадают как текущие, так и бывшие курильщики. Также если у пациента среди родственников первой линии был кто-то с раком пищевода или пищеводом Баррета, то это тоже повод сделать ему гастроскопию.

Метаплазия, как перестройка ткани, опасна дисплазией — предраком. Если ее находят при контрольных исследованиях, то человеку делают различные эндоскопические вмешательства. Например, применяют фотоабляцию — сжигают потенциально злокачественную ткань на внутренней поверхности пищевода при помощи высокоэнергетического пучка излучения. Или иногда делают операцию по удалению и протезированию пищевода, в исключительных случаях. Но цель одна — на ранней стадии убрать дисплазию, не дожидаясь когда вырастет рак. В этом вся суть наших бесконечных наблюдений.



Часто бывает что симптомы есть, а изменений в желудке не наблюдается. Какие тут могут быть причины?

Когда мы имеем изжогу, то чаще всего это связано с забросом кислоты. Чтобы проверить ее наличие или отсутствие можно сделать исследование кислотности в пищеводе — pH-метрию. Посмотреть, реально ли меняется кислотность в пищеводе и как часто. Чаще всего мы видим, да, действительно кислота слишком часто забрасывается в пищевод. У человека возникает изжога, но далеко не всегда это сопровождается изменениями: появлением язв и эрозий в пищеводе.

Но бывает, что мы предполагаем у человека ГЭРБ, лечим его, ему ничего не помогает, а кислоты в желудке совершенно нормальное количество. Значит его пищевод просто слишком чувствителен к любому прохождению пищи и кислоты — у него функциональное расстройство.

Функциональные расстройства пищеварения — это в принципе самая частая проблема в гастроэнтерологии. Просто такие диагнозы не модно в России ставить. Пациенты обижаются, да и всегда, с точки зрения оплаты государством всяких услуг, выгоднее сочинить несуществующий диагноз. Написать гастрит, хотя у человека функциональная диспепсия.

У него просто желудок плохо опорожняется из-за нервов, тревожности, а может перенесенной кишечной инфекции. И с функциональной изжогой тоже самое — это диагноз, который надо ставить, но никто этого не делает. Потому что он трудоемкий. Нужно сначала попробовать полечить, потом убедиться, что лечение не помогло, сделать pH-метрию. Не самую приятную процедуру, где человеку ставят зонд в пищевод, и он делает всякие упражнения с ним под контролем врача. А затем уже признать, что это функциональное расстройство и отправить человека к психотерапевту. Потому что желудок, кишечник и пищевод — органы нехитрые, просто мышечные трубки. Они умеют только сжиматься. Так и пищевод сжимается под воздействием нервных сплетений, которые там в толще мышц располагаются. Нервные сплетения связаны напрямую с лимбической системой головного мозга. Поэтому  когнитивно-бихевиоральная терапия действительно способна помочь.

640px-Psychotherapy.JPG

Но нужно понимать, что именно она является способом, подтвержденным научными данными, я не говорю о психоанализе и других сомнительных методах. Причем КБТ работает также эффективно, как и антидепрессанты. Хотя использование лекарств - это первое, что было предложено для устранения симптомов. Кишка и пищевод что-то чувствуют только за счет того, что у них есть энтерохромаффинные клетки — фактически датчики давления, которые выделяют серотонин. Он работает передатчиком информации о том, что сегмент растянулся. У людей с функциональными расстройствами обмен этого серотонина на уровне кишки нарушается. Поэтому логично им дать антидепрессанты, которые влияют на обмен серотонина. Но беда в том, что они влияют на него как на уровне кишки, так и на уровне мозга. Будущее за препаратами, которые будут этот механизм чинить именно на уровне органа. И они уже появляются, но созданы только для синдрома раздраженного кишечника. Думаю, но что-то такое и для функциональной диспепсии и изжоги тоже будет сделано.


Самый частый диагноз, который можно увидеть в заключениях у пациентов —  это гастрит. Что вы можете о нем сказать?

Гастрит — это диагноз патоморфологический, окончание «ит» означает воспаление. Воспаление не всегда можно увидеть глазом, а в желудке внешняя картина очень обманчива. Даже если у человека находят эрозии в желудке - поверхностные дефекты слизистой оболочки возникшие собственно под действием кислоты, то это еще не значит, что желудок воспален. Есть исследование, где людям делали гастроскопию, описывали состояние желудка, а потом брали многочисленную биопсию, которую отправляли независимому патоморфологу.

Гастрит, поставленным эндоскопистом на глаз, чаще всего не совпадал с диагнозом лабораторного исследования. Поэтому это заболевание, скорее всего, в нашей стране жутко гипердиагностировано. Из 100 людей с диагнозом гастрит в реальности он будет у людей 10 от силы.

Например, часто бывает гастропатия - некое повреждение слоя слизи в желудке, скажем, алкоголем. Значит нужно выяснить, с чем это связано. Человек много пьет — предложить нарколога, много курит — заместительную терапию. Не нужен диагноз, если он не влияет на тактику лечения.

Атрофический метапластический гастрит — по-настоящему серьезное заболевание, которое нужно искать и подтверждать. Оно часто связано с аутоиммунным процессом, для которого пока нет определенного лечения, или с Helicobacter pylori. Это бактерия, которая в состоянии вызвать воспаление, атрофию — исчезновение типичных клеток желудка, выделяющих кислоту,  а затем метаплазию — замещение клеток желудка клетками кишечника тонкой или толстой кишки. Это повышает вероятность развития рака желудка. Лечение для этого случая —  уничтожить хеликобактерию.



Как понять, что она присутствует в организме и ее нужно уничтожить?

Нужно выполнить дыхательный тест с 13С-мочевиной или анализ кала на антиген Helicobacter pylori. Есть еще тест на определение антител Helicobacter pylori, который по умолчанию не так точен, потому что показывает лишь факт контакта с этой бактерией. Поэтому из современных рекомендаций анализ на кровь практически исключен, особенно для подтверждения того, убили ли мы бактерию.

Нужно ли непременно уничтожать бактерию — проводить эрадикацию, зависит от симптомов у пациента и других факторов риска. Если это случайная находка, а у человека никаких проблем нет: все в порядке с наследственностью, он не курильщик, не пьет постоянно обезболивающие, у него нет симптомов, то контролировать ситуацию с хеликобактер не нужно. Среди россиян примерно 80% инфицированы, если мы всех вылечим завтра антибиотиками, то потом нам нечем будет вообще лечить людей, поскольку бактерия эволюционирует на глазах. А потом кто-то недопьет антибиотик, кто-то пострадает от побочных эффектов —  риски не оправданы. Сейчас мы уничтожаем бактерию, когда есть проблемы. Кстати, скоро обещают создать вакцину от Helicobacter pylori. Когда это случится все эти рассуждения потеряют актуальность. Мы просто будем прививать всех детей и забудем о проблеме.


У нас любят при любом удобном случае делать гастроскопию, а когда она действительно нужна?

Да, мы, мне кажется, избалованы очень дешевой эндоскопией и очень терпеливым населением, которое привыкло выполнять обследование еще и без анестезии, что редкость в других странах. Там гастроскопию до 45 лет делать вообще не будут, если нет особых симптомов: желудочно-кишечного кровотечения, снижения массы тела больше, чем 5% за полгода, болей и нарушения глотания, постоянной рвоты, падения гемоглобина и наличия родственников с ранним желудочно-кишечным раком.

Endoscopy.jpg

Потому что ничего важного для тактики лечения мы не найдем. Максимум — уже известную Helicobacter pylori. Но на нее можно провериться не заглядывая в желудок, как вы уже поняли.

Еще гастроскопия без биопсии — это нонсенс, которого просто не бывает за рубежом. У нас же часто ее не берут, даже при наличии язвы.

(О необходимости биопсии при гастроскопии можно почитать в статье Profilaktika.Media о раке желудка — прим.ред)


Что доказательная медицина говорит о диетах при заболеваниях пищевода и желудка?

При изжоге и ГЭРБ диета не нужна. Пациент сам определяет продукты, которые он связывает с появлением симптомов. Их лучше исключить и заменить на что-то другое.  При язвенной болезни очень противоречивые данные, однозначно запрещен только алкоголь, он разрушает слизь. Ну и если человек лежит в больнице с настоящей язвой, то ему должно быть не до того, чтобы “отмечать” выздоровление. Особенно, если речь идет об очень глубоком дефекте стенки, которая просто может прорваться в этом месте или проникнуть к соседнему органу. В этом случае, конечно, человека еще сажают на строгую диету, но страховки ради. Доказательной базы за этим очень немного.

А пресловутые лечебные столы по Певзнеру в 2018 году — это уже что-то очень архаичное. Они же описаны где-то в 40-ых годах. Сейчас медицинское сообщество определилось с тем, что при гастрите без язвы, хроническом воспалении желудка  иммунной или хеликобактерной природы диета однозначно не нужна.




Елизавета Бабицкая
Елизавета Бабицкая
Profilaktika.Media
Поделиться с друзьями
Другие статьи по теме
Новые материалы