Как я стал хирургом-онкологом. История Ростислава Павлова.

149

Думаю, каждый доктор с большим умилением вспоминает тот день, когда в голову прилетела идея стать доктором. И я не исключение. В моей семье занимались наукой и торговлей. Один из моих дедов был заслуженным изобретателем СССР, второй же был директором мясного завода. Казалось бы — две диаметрально противоположные профессии и направления в жизни. Но как же они гармонично складываются в голове маленького внука, которому рассказывают интересные истории из жизни! Я с самого детства знал, как можно купить за один рубль и продать за два. При этом одновременно занимался изучением химических элементов, как их правильно соединить и получить, например, порох…

Окружение влияет на выбор профессии. Ты видишь образы, слышишь разговоры, и в твоей маленькой, еще не загруженной всякой ерундой, голове, возникает мысль — а кем же ты хочешь стать.


Как ты решил стать врачом?

Наверное, лет с пяти я хотел стать врачом. Мой папа — врач. Думаю, оешающую роль в выборе профессии сыграл именно он. Я отчетливо помню, сколько он работал, сколько приходилось дежурить, чтобы прокормить семью с двумя детьми. Ординаторская, врачи в белоснежных халатах и фонендоскопами на шеях — эти и все остальные атрибуты доктора я знал еще до того как пошел в школу. Я очень любил ходить с папой на работу и наблюдать за сумасшедшими буднями врача. Всегда был звездой любого праздника в ординаторской, так как знал много стихотворений и особенно отчетливо мог рассказать «Доктора Айболита» без единой запинки. Меня всегда ставили во главе стола на скамейку и я рассказывал стихи. Это было незабываемо.

Мы жили достаточно скромно, явного изобилия игрушек дома не было. Моей любимой игрушкой был «шприц Жане». Это такой шприц, рассчитанный на 150 мл, использовался он для вымывания ушных пробок. Когда все дети выходили играть в войнушки с пластмассовыми автоматами, я был непобедим со своим шприцом, так как в него помещался приличный объём жидкости. Не могу не вспомнить о своей «особенно любой» игрушке — скобе Мишеля. Это такие железные скобки с острыми концами, зажимаются специальным зажимом. В хирургии их использовали для формирования кожного шва, очень быстро и практично. Папа мне их принес, когда мне было 6 лет. Все мягкие игрушки, которые имели хоть небольшое нарушение целостности, были незамедлительно зашиты этими скобами.  

А ещё была сказка на ночь. С самого детства у меня была достаточно неплохая память. Моим бабушкам было очень сложно уложить нас с сестрой спать, мы ложились только когда нам пели песни или читали стихи. Как только мы слышали новую песню или стих, на третий раз мы знали ее наизусть и подпевали бабушкам. Папа придумал очень интересную хитрость и начал нам с сестрой рассказывать сказку: «Как столкнулись два трамвая» и какие пациенты с какими травмами поступали в больницу для лечения.  Уже потом, когда я вырос и спросил у папы, почему именно этот случай он нам рассказал. Оказалось, что рассказывал он только то, что происходило у него на работе. Так что мы с сестрой каждый вечер слушали все новые и новые истории о медицинских буднях врачей неотложки.

В школе больше всего любил биологию, ведь я твердо верил, что хорошим врачом без знания биологии не станешь. Я очень много уделял времени этому предмету, старался смотреть интересные книжки, связанные с медициной, но на доступном языке. Я продолжал учиться в школе и первым моим серьезным шагом стало посещение медицинского сообщества «Юный Медик». Заседания в мединституте были один раз в неделю по воскресеньям и проходили с 9 утра до 3 часов дня. Мне было достаточно тяжело высидеть после дня в школе. Концентрироваться на вопросах, которые на тот момент казались просто недосягаемыми для понимания, было трудно. Этот кружок был создан для старшеклассников, которые мечтали поступить в медицинский институт. Там изучалась анатомия, неотложные состояния, десмургия — наука о технике наложения повязок. Занятия продлились год, и в конце каждого полугодия мы сдавали экзамены по изученному материалу. Я все сдавал на «отлично» — мне все это очень нравилось.


Отговаривали ли тебя от профессии?

Отговаривала вся семья. Я никогда не отличался усидчивостью и всегда «бежал впереди паровоза«. После девятого класса я был готов поступать в медицинский лицей. Разговор дома с родителями был на повышенных тонах. Они очень не хотели, чтобы я связывал свою жизнь с медициной. Мне поставили ультиматум. «Никакой помощи не жди на экзамене, пройдешь первый этап — дальше помогу», — сказал тогда строго отец. 

Медицинский лицей заменял 10-11 классы школы. Туда хотели попасть все школьники, которые хотели стать врачами. Популярность его была бесспорной с соответствующим конкурсом. Весь год до поступления я учился на подготовительных курсах и занимался с преподавателями. Права на второй шанс не было.

     

Что тебя волнует в системе российского здравоохранения?

Вопрос, который не имеет правильного ответа, тем не менее постараюсь пофилософствовать. Самое главное, что меня волнует в системе — это процесс обучения. Начинать выстраивать систему надо таким образом, чтобы старшие передали знания младшим. Сам меняю систему — ассистирую на операциях младшим коллегам.


Как ты узнал о Высшей школе онкологии?

Абсолютно случайно у меня в ВК выскочило объявление о наборе в ВШО. Я заполнил анкету и отправил. Я не думал о том, почему я выбираю именно ВШО. Мне нравится участвовать в конкурсах, это прекрасный опыт.


Что для тебя важно в общении с менторами и пациентами?

С ментором:

- открытость;

- любовь к профессии; 

- начитанность; 

- возможность подчеркивать нюансы.


А вот с пациентом важно абсолютно все — от сбора анамнеза до того, как ты ему звонишь спустя полгода после операции и узнаешь, как у него дела.


Что тебя вдохновляет?

Пациенты, я хочу ежедневно делать их жизнь лучше. А отвлечься помогает бег.


Расскажи  о своих целях.

Хочу стать директором клиники, организовать постоянную систему образования молодых специалистов, школу общения для врачей. А ещё хочу троих детей!



Поделиться с друзьями
Другие статьи по теме
Новые материалы